Правила посещения

Театр за двадцать минут

25.01.2013


На сцене Театра им. Ермоловой прошел фестиваль короткометражных спектаклей

«Театральный альманах» — тематический фестиваль короткометражных спектаклей, который больше года назад придумала продюсерская команда Vottebe во главе с Сабой Лагадзе и Ксенией Орловой, впервые вышел на сцену репертуарного театра. Молодые режиссеры за неделю поставили восемь двадцатиминутных спектаклей, заняв почти всю труппу Театра имени М.Н. Ермоловой.
Театр Ермоловой забит до отказа. Актеры театра признались, что не помнят, когда у них был такой аншлаг. Люди в зале стоят вдоль стен, образуя длинные ряды, но никто не уходит. Какое-то движение появляется только в перерывах между спектаклями: правила фестиваля позволяют выходить и входить только в эти короткие минуты. Но людей меньше не становится.

Жанр театральной короткометражки дает авторам большую свободу. Даже несмотря на временные и тематические ограничения (фестиваль был посвящен теме отцов и детей), создатели смогли проявить изобретательность.

Восемь спектаклей можно разделить на несколько групп. Самой многочисленной из них оказались чтецкие спектакли. К ним можно отнести «Краткое содержание» Юрия Муравицкого, где актеры зачитывали краткое содержание «Отцов и детей» И. С. Тургенева. В определенный момент на сцене появлялась девушка в балаклаве с гитарой.

Самым отчетливо чтецким оказался спектакль «Не(совпадения). Стихи», поставленный модным молодым режиссером Кириллом Вытоптовым. Актеры по очереди выходили к микрофону и читали стихи Барто, Цветаевой, Волошина, Бродского, Набокова, Кирилла Медведева, Анны Логвиновой, как-то связанные с темой отцов и детей. Причем пожилые актеры читали современные стихи (с соответствующей лексикой), а молодые — поэзию XX века. На экране в перерывах между стихотворениями появлялись строчки или имена поэтов. Художественный прием — также метафорическая иллюстрация темы разных поколений, отцов и детей. Визуализация поэтических строк используется в видеопоэзии, новой формы существования текста. Кирилл Вытоптов был участником своего спектакля — прочитал стихотворение Агнии Барто и очень достойно спел фрагмент из Гершвина. И это было, пожалуй, лучшим моментом «Не(совпадений)».

Спектакль «Что с тобой, Анна?» Михаила Милькиса по пьесе драматурга Клима по мотивам «Анны Карениной» также можно назвать чтецким. Из декораций — только телега, на которой находились актрисы разных возрастов. Все они — от самой молодой до самой пожилой — читали монологи Анны, а перед ними сидел выросший сын Карениной. К сожалению, не все читали действительно хорошо. Сам Милькис также был на сцене и пел под гитару.

На полноценный, «полнометражный» спектакль более всего походил «Период полураспада» Рустема Фесака. Сюжет основан на пьесе Джона Майтона. Он повествует о доме престарелых, где живут совсем старые люди, которые влюбляются друг в друга и об их детях, которые их не понимают.

Третью группу составляют спектакли в технике вербатим. Во-первых, это «Дженитория» Андрея Стадникова, в котором участвовали, в том числе, Кристина Асмус и Татьяна Говорова, звезды разных поколений. В качестве декорации был использован большой новогодний стол с мандаринами, которые чистили и ели актеры. Все произносили тексты, рассказывающие об отношениях с собственными родителями и детьми. Готовность актеров, не привыкших к документальному жанру, рассказать о самом сокровенном вызывает уважение и восхищение.

О фестивале

«Театральный альманах» появился в 2011 году как совместный проект молодой  продюсерской команды Vottebe и Центра имени Вс. Мейерхольда, на сцене которого прошли три фестиваля короткометражных спектаклей. Четвертый фестиваль впервые состоялся в Театре им. Ермоловой. Все спектакли «Театрального альманаха» создают специально для фестиваля. По правилам, у участников не больше двадцати минут на спектакль, при этом ограничений по минимальной продолжительности нет. Если лимит времени превышается, два специальных человека уносят со сцены все декорации и реквизит.

Условно к спектаклю-вербатим можно отнести и «Сто лет на сцене» «доковца» Талгата Баталова. На экране возникали вопросы вроде «Что вы помните о системе Станиславского?», «Что такое для вас русский артист?», «Что вы думаете о преемственности поколений в театре?». Ответы были серьезными и вдумчивыми, но произнесенные с намеренной иронией, они звучали очень комично.

Духом студийности и радости жизни Театр Ермоловой наполнили «Околичности» Сергея Аронина и «Отцы и дети» Дениса Азарова, самые фееричные постановки вечера, напоминающие студенческие капустники.

«Околичности» — это набор сценок-скетчей. Здесь главенствовала тема театра и литературы, через которые просвечивала тема отцов и детей. Перед каждой сценкой в центр выходил маленький мальчик и произносил афоризм какого-нибудь классика, связанный с темой поколений, неизменно вызывая овации. Героями скетчей были и скабрезный Тургенев с Полиной Виардо, и молодой невменяемый режиссер, который доводил актрису до белого каления, постоянно меняя свой подход к режиссуре, и выезжающие на сцену школьники, выкрикивающие фразы о том, кого бы из писателей они исключили из школьной программы (реальные цитаты из подборки, опубликованной в «Большом городе»). Была и учительница литературы, чей вдохновенный монолог не находил ни малейшего отклика у учеников, и гречанка, убегающая померить новую тунику и оставляющая ребенка с мужем. Был и ударный финальный аккорд: актеры, участвующие в новогодней елке и развлекающие детей в компании гигантского плюшевого цыпленка, который в какой-то момент начал отчаянно падать. Падал он так долго и так смешно, что в зале у людей началась истерика, причем было непонятно, специально он это делает или случайно. В любом случае, оказалось, что до сих пор нет ничего лучше гэгов в духе Чарли Чаплина.

В финале фестиваля показали этюд «Отцы и дети», в котором актеры в образах старорежимной актрисы, заики, оперного певца, певицы оперетты и прочих произносили и пропевали слова «отцы и дети». Поскольку к концу фестиваля было уже сложно воспринимать что-то серьезное, эта короткометражка прошла на ура. Но и в начале ее бы приняли явно не хуже.

После окончания «Альманаха» зрители могли заполнить бюллетень и проголосовать лучшую, по их мнению, короткометражку. С режиссером, набравшим большее количество голосов, худрук театра Олег Меньшиков будет обсуждать постановку следующем сезоне.

Алена Калинина, актриса, спектакль «Период полураспада»

— Для меня короткометражный спектакль — совершенно новая форма, ведь нужно было уложиться в двадцать минут. Прекрасный режиссер Рустем Фесак поставил целый законченный спектакль. Он взял двухактную пьесу Джона Майтона «Прощальное сияние», которая могла бы идти в полном варианте на сцене театра, и сократил ее, уложив в двадцать  минут. При этом ничего не потерялось: основные мысли были, наоборот, усилены. Мне кажется, получилось отлично. Работа проходила стремительно. Режиссер познакомился с артистами за неделю до дня спектакля. Они были выбраны путем жеребьевки, и произошла мистическая вещь: режиссер дал актерам роли, которые идеально им подходили. Было очень интересно, но, к сожалению, мы сыграли этот спектакль только один раз. Мы все очень подружились: за все годы в театре мы не сблизились так, как за эту неделю.

Кирилл Вытоптов, режиссер спектакля «(Не)совпадения. Стихи»

— Мне нравится сама идея «Театрального альманаха», которую придумали мои друзья Ксения Орлова и Саба Лагадзе. Я участвовал в первом их «Альманахе». В этом фестивале нужно было работать не со своими актерами, а с труппой театра, мне это показалось любопытным, и я решил попробовать. С самой формой я уже встречался на разных театральных лабораториях, когда за короткое время нужно сделать какой-то эскиз спектакля. А здесь нужно было показать короткий, двадцатиминутный выстроенный спектакль. Форма короткометражного спектакля возникла в новой подаче, со своими задачами, идеями благодаря «Альманаху». Это стало звучать очень свежо. Это действительно интересно, потому что приходится думать, о чем можно рассказать в короткой форме. Иногда это очень сложно сделать.

Елена Папанова, актриса, спектакль «Сто лет на сцене»

— Я сразу согласилась участвовать, хотя никого не заставляли. Актерам позвонили и сказали, что если они захотят принять участие в фестивале, нужно бросить записку со своей фамилией в специальный ящик. Общаться с молодыми режиссерами — огромное удовольствие. Когда долго работаешь в одном театре, закостеневаешь. А тут какая-то новая волна, что-то свежее. Мне понравились почти все спектакли, которые были на фестивале. Я считаю, что наш режиссер — Талгат Баталов — очень способный парень, и я рада, что с ним познакомилась.

Наш спектакль рождался необычно. Сначала режиссер с нами беседовал несколько дней, задавал разные вопросы — мы не могли понять, к чему это. Потом оказалось, что наши разговоры записывали, а потом расшифровывали, и каждый в итоге получил текст, который сам и наговорил. Когда разговариваешь, не очень следишь за логикой, поэтому, когда я увидела свой текст, подумала: как это можно читать, это ведь какие-то обрывки мыслей! И стала пытаться сделать текст более гладким. Но потом Талгат Баталов придумал каждому свой образ и задачу. Я, например, была педагогом актерского мастерства. И тогда я поняла, что нужно возвращать всю нелогичность в текст, чтобы все было с юмором. Конечно, участие для меня было огромным удовольствием. Я бы с радостью еще поработала с Талгатом.

Анастасия Гладильщикова, Московские новости

Подписаться на новости