Правила посещения

Царь Салтан мне симпатичен

24.12.2014


Обаяние сказочника

-Владимир Алексеевич, кинокритики утверждают, что вы имеете обаяние доброго сказочника. И, рассказывая о работе в кино, вы в первую очередь вспоминаете сказки. Любите сниматься в таких картинах?

-Мне повезло, потому что в моей жизни был Александр Птушко, великий режиссёр- сказочник.Онпоставилмного замечательных лент («Садко», «Илья Муромец», «Руслан и Людмила»). Даже в советские времена его фильмы покупались другими странами и шли по миру.

Роль царя Салтана мне дорога. Он мне очень симпатичен. Помню, накануне съёмок Птушко спросил меня: «А про что ты будешь играть?» Я ответил: «Это будет такой комедийный лирический царь Фёдор Иоаннович, которого обманывают и обижают».

Снимали в Херсонесе. Там есть Стрелецкая бухта. На одном её берегу выстроили царство славного Салтана, на другом – княжество Гвидона. Рядом с красивыми дворцами виднелись развалины древнего Херсонеса. Это был потрясающий мир.

Перед съёмками меня долго гримировали. В начале съёмок мой конь не узнал меня,  одетого в царский костюм. Испугался и понёс. Сбросил у моря. Я очнулся в госпитале, в гипсе.

Ко мне подошёл человек, спросил: «Володечка, на завтра съёмку можно назначать?». Это был зав. производственным процессом. Как ни странно, на другой день я снимался.

Признаюсь: из всех сыгранных в кино героев любимым стал царь Салтан.

Ни за одну свою роль мне не стыдно. Но такого взлёта, на котором можно было бы гарцевать (хотя не дай Бог гарцевать вообще), у меня не было. Я всегда был очень занят в театре.

На «Ленфильме» утверждали на роли, но театр не отпускал.

-А мечтали, наверно, стать кинозвездой?  

-В это седло  так и не вскочил.Я  мечтал всегда об одном – стать актёром. У меня были очень скромные задачи. Важно сказать себе: «Да, ты вышел на сцену, тебе дали такое право. И ты защитил это право теми силами и возможностями, которые у тебя есть». Когда что-то получается, это приносит радость, пусть и не очень громкую.

Советы Николая Крючкова

-Владимир Алексеевич, всем очень запомнился фильм «Жестокость» с вашим участием.

-У меня там отрицательная роль. А какие мастера в этом фильме заняты! Борис Андреев, Николай Крючков, Георгий Юматов… Общение с ними было удивительным.

Помню, Крючков собирал нас, молодых, в перерыве и говорил:

-Ребята, хочу посоветовать. Вот играете вы большие роли. Отдавайте всё, что у вас накопилось. А не будет у вас большой роли, предложат роль второго плана, вы и за неё держитесь. И не просто пробрасывайте кое-как. Если эпизод дадут, скажи себе: «Дали мне эпизод, а я из него попытаюсь сделать ювелирку».

-С легендарным актёром Борисом Андреевым вы однофамильцы? Не родственники?

-Однофамильцы. Он играл Баукина в фильме «Жестокость». У меня была роль журналиста Узелкова. Однажды он говорит: «Володька, меня всё в письмах спрашивают, не сын ли ты мне. Мне-то отвечать всем времени нету. Но ты на всякий случай веди себя поприличнее».

«Я хватал Вицина за нос»

-В театре имени Ермоловой, который стал для вас родным, начинал свою карьеру популярный комедийный актёр Георгий Вицин. Вы с ним играли на одной сцене?

-Вицин не просто начинал. Он здесь играл довольно много. Он был учеником Хмелёва. Когда я пришёл в театр, он был артистом, который сыграл несколько ролей. Грандиозно играл стариков. Георгий Михайлович был молодым, а старики у него были такие, как и старик-то не сыграет.

Честно говоря, в его работах краска-то одна была. Её мы и в кино видим. А звучала по-разному в зависимости от предлагаемых обстоятельств. То он играл человека, который достигает цели, то человека, пришибленного жизнью.

Мы вместе играли в спектакле «Укрощение укротителя». У Вицина была роль старого дворянина, который решил жениться на очень юной. Девушка давала ему пощёчину, а я (её молодой возлюбленный) хватал его за нос.

Вицин во многом был человеком в себе, которые свои человеческие тайны нёс и хранил. И играл смешных людей. Но сам был не очень смешным человеком. Животных очень любил, птиц.

«У моего Дантеса был гвардейский белый костюм»

-В те годы вы в легендарном ермоловском спектакле «Пушкин» играли Дантеса. Трудно представить вас в роли этого злодея.

-В  спектакле я сначала играл маленькую роль – Кольцова, молодого поэта. Потом дали роль Дантеса. У меня был потрясающий парик, гвардейский костюм белый. Меня тщательно гримировали, делали нос прямой. Лосины, сапоги прикаблученные…

На сцене  Пушкин для меня был врагом, который замахнулся на мою честь. Но это не мешало мне после спектакля вести со Всеволодом Якутом (он потрясающе играл великого поэта) дружеские беседы. У нас с ним были добрые отношения.

Якут мне очень помогал, когда я пришёл в театр. Я его роли многие по эстафете принимал. Меня он учил на спину падать и не разбиваться. Есть особенный приём для этого. Потом, когда я этот приём в «Царе Максимилиане» использовал уже будучи очень пожилым человеком,  отбил себе всю левую сторону. Мне потом восстанавливали способность двигаться. Преувеличил свои возможности.

Наталья Селезнёва - глубокая натура.

-Расскажите, пожалуйста, про ваш замечательный супружеский союз с Натальей Селезнёвой. Как вы познакомились?

-Познакомились на съёмках телевизионного фильма «Калиф-аист». Я увидел, как тоненькая, длинноногая, большеглазая девочка стояла и выбирала в костюмерной какие-то костюмы для съёмки. Я вошёл, чтобы посмотреть костюм для моего калифа-аиста. Никакого внимания мы к друг другу не проявили, хотя в фильме должны быть партнёрами.

Но на съёмках почувствовали родство и человеческую тягу к друг другу. В паузах мы стали беседовать. Я рассказал ей о древнерусском искусстве. Она сказала, что окончила школу с золотой медалью. Сказала неправду. Потом призналась, что сделала это для того, чтобы мне понравиться, чтобы я почувствовал, какая она глубокая натура.

Наташа в это время была пани Катариной в только что зарождающемся кабачке «13 стульев». Я к этому делу относился спокойно. Она становилась популярной. Снялась в фильме «Саша-Сашенька», который я не видел. Посмотрел много позже. И картину «Операция «Ы» на тот момент я не видел.

Но зато мы с ней побывали в Спасо-Андрониковом монастыре, в музее Рублёва, вот тогда мы поняли, что нам интересно друг с другом. Кто-то ревновал. Кто-то был в Наташу влюблён. И не один человек. И у меня возникал вопрос: «Может быть, я делаю что-то не то?… Девочка молодая. Я на 15 лет старше». Я в то время был женат на достойном человеке, на талантливой актрисе из ермоловского театра. Но так всё получилось.

Потом мы уже не могли расстаться. Хотя наши отношения долгое время были отношениями друзей, что ли. И никаких чувственных проявлений не позволяли себе. Но однажды выяснилось, что мы должны быть вместе.

Наташа в этот момент была человеком очень бескорыстным. Я же пришёл к ней, на её жилплощадь.

 По каким-то моментам мы люди разные. А по каким-то очень друг на друга похожи, хотя бы по ответственности за тех, кто входит в круг наших родных, близких друзей.

Мы ответственны и не просто добрым словом помогать готовы. Особенно у Селезнёвой это развито.

Всякое бывало, но мы с ней вместе 40 с лишним лет. Когда я с ней познакомился, ей было 22 года. А в 23 она родила сына Егора.

Вначале нам говорили: «Что вы? Зачем?» Помню, Зинаида Павловна Плучек мне сказала:

-Володя, вы же совершенно разные. Что ты в ней увидел? Смазливая девчонка.

Я думал:

-Что же Зинаида Павловна так сопротивляется? Уж не ревнует ли? Не понимаю.

Но были люди, которые и Наташу отговаривали. Но мы уже тогда никого не слушали. Наверно, правильно, что не слушали.

-Жена заботливая?

-Это да. Когда болезни сваливали меня, она вытягивала из их объятий. У неё иногда чувство заботливости и необходимости проявлять эту заботу бывает таким, что от этого задохнуться можно.

 «Горжусь своими учениками»

-Владимир Алексеевич, вы много сил и времени отдали педагогике. Не жалеете об этом? Если бы не студенты, в кино могли бы больше сниматься.

-Нет, нет. Не жалею, не зову, не плачу.

У меня много учеников. Ими горжусь. Руководитель мастерской не только учит, но и сам у студентов учится. Ребята приносят с улицы и из свой жизни то, что я не способен заметить.

Трудно сказать, что получится из того или иного индивидуума, как проявится талант. Иногда отличник на скамье студенческой идёт на сцене не так, как предполагалось. И наоборот. Я помню, как в ГИТИСе выпускался Александр Абдулов. Сегодня мы понимаем, что это уникальное дарование. И фактура, и внешность, проявление темперамента, чувство юмора. Он довольно средне выпускался. Средне. Так и говорили: «Вот вид есть, а дальше что?». По-разному складывается. Тут очень важен заряд серьёза по отношению к тому делу, которое ты выбрал.

Вспоминаю свою студентку Елену Яковлеву. Как она выступала, какие настоящие слёзы у девочки рождались. Я понимал: не случайно этот человек пришёл в эту профессию. Или Марина Дюжева, красивая, талантливая. Виктор Раков другого плана. У него всегда существовал другой мир, который принадлежит только ему. Вот он разговаривает, он внимателен, но он и ещё где-то. Это со студенческой скамьи. Актёры-ермоловцы Владимир Зайцев, Борис Миронов, Наталья Кузнецова, Борис Дергун, пытливая и работоспособная Наталья Потапова… Это всё актёры известные, сыгравшие не один десяток ролей. Мои ученики…

Олег Меньшиков

Уже два года Театром Ермоловой руководит Олег Меньшиков. Как вам с ним работается?

- Прекрасно. И работается и играется. Он удивительный партнер и я получаю огромное удовольствие, играя с ним. В зале аншлаги. Причём на всех спекатклях. Он ведёт театр вперед. С удивительной энергией и азартом придумывает что-то новое, приглашает к работе молодых режиссёров и актёров. Благодаря ему осуществилась моя многолетняя мечта – построена Новая сцена Ермоловского театра. И это здорово!

Ссылка на интервью здесь

Татьяна Булкина, Подмосковье

Подписаться на новости